Владимир Кобрин

Где я встречусь с Робинзоном Крузо?

Статьи и интервью

Где я встречюсь с Робинзоном Крузо?

Передо мной на столе стоял детский проектор для пленочных слайдов. На простынном экране кадр за кадром неравными шагами перемещался засмотренный «до дыр» эпизод из игрового фильма о Робинзоне Крузо – там, где несчастный Робинзон обнаруживает на земле след человека… Я отчетливо помню чувство почти духоты от невозможности разгадать смысл чередования подозрительно одинаковых кадриков вдоль многометровой целлулоидной ленты, найденной мною на послевоенной берлинской помойке…
…Шел 1947 год, и мне – пять лет. К тому времени мои отношения с кинематографом были вполне конфликтны. Редкие посещения гарнизонного клуба, где по субботам демонстрировались кинофильмы (я рос в семье советского офицера), заканчивались одним и тем же…
Отец, верный традициям и нормам социалистического реализма, настойчиво требовал от меня после каждого киносеанса внятного пересказа фильма. И я в который раз замолкал перед непостижимой загадкой сюжета и идеи, и это тем более комично, что речь шла о незамысловатом ура-патриотическом кинобоевике под названием «Небесный тихоход». Фильм этот мне пришлось тогда посмотреть около десяти раз подряд – по какой-то причине армейский кинопрокат плохо справлялся со своими обязанностями, тем более удивительна была моя тупость перед бесхитростными коллизиями этого грубоватого и по-детски смешного фильма о веселой войне, о верной любви, о глупых и коварных врагах и умных и хороших «своих».
…итак, я сидел перед диапроектором и руками переводил кинопленку про Робинзона Крузо в оптическом фокусе светового конуса, пытаясь разгадать клонированный секрет кино, никак не предполагая, что судьба не случайно дала мне в пользование испорченный проектор с выломанной фильмовой рамкой. Стоило пленку выпустить из рук, и она мгновенно выходила из фокуса и сворачивалась в серпантин.
То ли нервное напряжение, вызванное неизбежной кропотливостью перемещения от кадра к кадру, то ли детский стыд от мысли, что никогда не разгадать мне взрослой тайны «Небесного тихохода», только непонятным для меня образом моя правая (как я теперь сказал бы – «грейферная») рука неожиданно сделала несколько судорожных рывков вниз, не выпуская из пальцев злополучной пленки… И я с восторгом и ужасом увидел, как Робинзон на экране слегка поднял руку…
С тех пор прошло ровно пятьдесят лет, я, как все, учился в школе, как немногие – окончил институт кинематографии (испытывая непреодолимую робость перед теорией и практикой сюжета и идеи – не рискнул поступать на кинорежиссуру) и в 1967 году получил диплом кинооператора. В промежутке между вторым и третьим курсами киноинститута, как многие – три года служил в армии, часто вспоминал «Небесный тихоход» и к двадцати пяти годам окончательно понял, что веселой войны не бывает, что самый большой враг человека – это он сам, что «свои» такие же разные, как и «чужие», и что любовь тоже бывает разной и она все равно – любовь.
И еще я понял, что единственным сюжетом кино является движение от одного кадрика к другому, а идеей – страстная вера в мужество сознания, способного ассоциировать это движение как движение времени, мысли и чувства…
В 1977 году я – вновь начинающий (на этот раз – режиссер т.н. научно-популярного и образовательного кино) оказался среди участников всесоюзного кинофестиваля. И впервые в жизни увидел не на экране, а в жизни актера, сыгравшего заглавную роль в судьбоносном для меня фильме «Небесный тихоход». Собственно говоря, я увидел его не столько в жизни, сколько в лифте, куда я вошел, чтобы спуститься на первый этаж нашей гостиницы… Мы поздоровались… Он – потому что привык к всенародному узнаванию, я – потому, что действительно был знаком с ним с раннего детства… Он был стар, горек и слегка пьян… Мы молча опускались вниз. Где-то не доезжая до первого этажа, лифт вновь остановился, и в него вошла группа фестивальной молодежи, они шутили, смеялись и никого не замечали вокруг…
Потом они вышли, и мы вновь остались вдвоем… Он посмотрел на закрытые двери лифта и знакомым с детства голосом произнес слово, знакомое с детства: «г-о-в-н-о»…
…Мы вышли на площадь перед рижской гостиницей…
Передо мной лежал город, ставший теперь заграницей… Тогда это вообразить было просто невозможно… Небесный Тихоход ушел, не попрощавшись, в одну сторону, я – в другую…
Больше мы никогда не встречались…
В 1997 году я продолжаю (или скорее пытаюсь) снимать кино прямо у себя дома, где рядом со мной мои друзья по бывшему кино и технология, построенная нашими общими усилиями… и чем-то похожая на тот полуисправный диапроектор из далекого детства…
Круг почти замкнулся, осталось совсем немного вопросов, и один из них – как и где я встречусь с Робинзоном Крузо, если я почти не выхожу из дома…

В.Кобрин
Навигация:

Главная
Фильмография
Статьи и интервью
Воспоминания
Призы и награды
Фотографии
Книги
Ссылки

О сайте
О Владимире Кобрине (2010)
Артём Лоенко, email: artyom.loenko@mac.com